Как супруги Исаевы открыли пекарню третьей волны в Астане

20 ноября • 13 минут

Лариса Ракша
Лариса Ракша
Журналистка. Проводит интервью с экспертами ресторанного рынка, пишет об открытии заведений и темах, касающихся HoReCa.

Вячеслав Исаев — шеф из Украины, который начинал в Харькове, работал в киевских Fabius и Milk Bar, а в 2019 году переехал в Астану. Последние шесть лет он руководит кулинарным направлением проектов «Коктем», а около года назад вместе с супругой Ириной, кондитером с многолетним опытом, открыл собственную пекарню третьей волны Stolitsa Bakery. В запуск вложили около $100 тысяч, причем до 80% бюджета ушло на оборудование.

Супруги рассказали, как выстраивали производство и ассортимент, почему не гонятся за объемами и трендами, и как киевский торт неожиданно стал главным хитом пекарни, обеспечивая, по их оценке, до 80% продаж.

Ключевые выводы

  • Запуск пекарни третьей волны в Астане обошелся супругам Исаевым примерно в $90–100 тысяч, из них 70–80% ушло на оборудование.
  • Ассортимент не подстраивают под объем: ржаной хлеб пекут ограниченно, а тартин готовят до 18 часов от замеса до выпечки.
  • Выпечку допекают партиями утром, в обед и при необходимости вечером, чтобы гость брал булочку прямо из печи.
  • Киевский торт стал визитной карточкой пекарни и, по оценке владельцев, дает до 80% продаж.
  • Цену считают по формуле «себестоимость × 3», а средний чек в пекарне составляет около 2000 тенге.

Из Харькова через Киев в Астану

Вячеслав: С Ириной мы познакомились в харьковском кафе «Кристалл». Мне был 21 год, я пришел туда шеф-поваром, Ирина — кондитером. Потом работали в разных харьковских заведениях, а когда в Харькове стало тесно, переехали в Киев. Там я работал в ресторанах Гусовского, открыл для La Famigia ресторан Vino e cucina и Fabius, а потом два-три года работал в Milk Bar Ани Козаченко.

В Milk Bar мы и познакомились с Санжаром Умаровым, предпринимателем и ресторатором из Астаны. Он прилетел в Киев, пообедал у нас, мы разговорились, подружились. Через некоторое время я дистанционно обновил меню в его заведении «Коктем»: прилетел, поставил меню, потом консультировал из Киева. Затем к нему на год поехал работать наш су-шеф, а после этого предложили приехать и мне.

Ирина: Сначала мы отказались. У нас только родился второй сын, ему было месяцев шесть, и в Казахстан мы точно не собирались.

Вячеслав: В итоге в 2019 году мы приехали с мыслью, что ненадолго. Дети еще не ходили ни в школу, ни в садик. Никаких контрактов на определенный срок у нас не было: наше сотрудничество с Санжаром строилось и строится в первую очередь на уважении, а во вторую — на дружбе. Но прежде всего я ценю его как человека — за порядочность, отзывчивость и умение слышать и поддерживать других.

Так мы работаем уже шесть лет.

Хлеб на закваске с надрезом и узором колоса из пекарни третьей волны

Что пришлось перестраивать на новом рынке

Вячеслав: Адаптация заняла около двух лет, здесь многое работает по-другому. Часто бывало, что утро начиналось с того, что повар просто не вышел на смену и никого не предупредил. Тогда я, шеф, сам закрывал его позицию. Я объяснял команде: мы проводим на кухне по 8–12 часов, больше, чем с семьей. Каждая позиция в проекте рассчитана по объему, оборачиваемости столов и таймингу. Если ты не вышел, ты подставляешь твоего товарища и он работает за двоих. Потихоньку эта философия заработала, и многие ребята, которые пришли тогда, работают со мной до сих пор. Кто-то вырос до су-шефа, кто-то уже стал шеф-поваром на других проектах компании.

Второе — продукты и поставщики. После Киева, где мы уже знали, у кого и что покупать, в Астане многое пришлось начинать с нуля. Например, не всегда удавалось найти нужный сорт муки или авокадо подходящей спелости. Были и вопросы к доставке. Мы много общались с поставщиками, объясняли, почему для нас важно качество продуктов, как их нужно хранить и доставлять. Постепенно нашли общий язык, наладили работу. И самое приятное, что наши поставщики тоже развивались и росли вместе с компанией.

Третье — работа с гостем. Когда я заменил привычную пиццу на тесто с 72-часовой ферментацией на итальянской муке, гости писали, что она горелая. А это были «леопардовые» пузыри, наша гордость. Пришлось рассказывать, почему мы поменяли продукт, почему он стал вкуснее и легче усваивается. И гости приняли новинку.

Кондитеры пекарни в Астане вручную формуют булочки на производстве

Как держать качество в четырех проектах сразу

Вячеслав: У меня нет импровизации. Еще до старта проекта уже есть утвержденный концепт от собственника, затем набросок меню, фото каждого блюда и договоренность с предпринимателем, что мы хотим получить. Новое меню проходит одни и те же этапы:

  1. Визуал: фото, референс или мой рисунок на листке.
  2. Встреча с руководителем проекта: предлагаю варианты, часть отсекаем сразу.
  3. Проработки и дегустации.
  4. Обратная связь и адаптация под гостя из Казахстана: чтобы было понятно, вкусно и честно по соотношению цены и качества.
  5. Передача на кухню.

Кухню я тоже проектирую сам: черчу план, подбираю оборудование с характеристиками, а технолог проверяет, что все помещается.

Под каждый новый проект я выращиваю стартовую команду из трех-пяти человек: шеф-повар, два су-шефа, два старших повара на горячем и холодном цехе. Это люди, проверенные временем. Повышение я никому не обещаю заранее. Полгода-год смотрю, как человек работает, учу его, и только потом предлагаю попробовать новую должность. Так у нас выросли до су-шефов Ерлан и Саят, а Аслан и Кайрат стали шеф-поварами «Коктем» и «Коктем Бистро».

Повара готовят начинку на кухне пекарни третьей волны Stolitsa Bakery

Запуск пекарни: 90–100 тысяч долларов и 70–80% на оборудование

Ирина: Когда мы шесть лет назад приехали в Астану, сложно было найти спешелти кофе, или хлеб на закваске. А нам хотелось того, к чему мы привыкли дома. Пекарня — это то, что мы давно хотели воплотить: передать свои знания и свой продукт. Главной задачей при открытии было, чтобы все было натуральное, никакого маргарина и стабилизаторов. Я как мама не могу дать своему ребенку непонятный продукт и не хочу продавать такой гостям.

Вячеслав: Запуск пекарни обошелся примерно в $90–100 тыс. Больше всего, около 70–80%, ушло на оборудование, в первую очередь на печи. Остальное — продукты и аренда. Выйти в ноль получилось примерно к ноябрю-декабрю.

План открытия ресторана

Открываете ресторан? Скачайте готовый список задач перед открытием заведения, чтобы не упустить ничего важного.

Готовый план работ по открытию ресторана с нуля
Готовый план работ по открытию ресторана с нуля

Почему мы называем себя пекарней третьей волны

Вячеслав: Гости об этом термине почти не спрашивают, но для меня он важен. Идею пекарни «третьей волны» мы позаимствовали у кофеен. В кофейной индустрии так называют подход, при котором особое внимание уделяют качеству зерна, его происхождению, обжарке и способу приготовления. И главное — не просто готовят качественный продукт, а открыто рассказывают гостям, откуда он, как производится и что делает его особенным. Этот же принцип мы перенесли в нашу пекарню.

У нас все на закваске и ферментации, и мы про все открыто рассказываем гостям. Ирина стоит за витриной, она может про все рассказать, у нее можно взять закваску или спросить рецепт. Чего нам не хватает для полной картины, так это своей мельницы. Если когда-нибудь будем молоть муку сами, это будет уже точно «третья волна».

Ассортимент мы не подстраиваем под объем. Например, для ржаного хлеба закваску выдерживаем в холодильнике от трех до пяти дней, чтобы она набрала нужную кислотность. За раз получается около десяти буханок.

Печей у нас три: пароконвектомат, печь для пиццы и подовая. В подовой ржаной стоит в очереди после тартина, бородинского, батона и солодового хлеба. Поэтому ржаной выходит в определенные дни и ограниченно. Мы не гонимся за тем, чтобы печь его каждый день: если закваска не дойдет до нужной кислотности, хлеб получится не таким, каким мы хотим видеть его на витрине. Тартин вообще занимает до 18 часов от замеса до выпечки.

Еще одно правило: мы не выпекаем все на день вперед, а допекаем. Утренняя партия, обеденная, при необходимости вечерняя. Наш конек — свежесть, лучше пусть гость возьмет булочку, которая только что из печи.

Как киевский торт стал визитной карточкой

Ирина: Еще до открытия я сказала, что у нас по-любому будет киевский торт. На вывеске мы нарисовали каштан, чтобы была ассоциация с Киевом и Украиной.

Первую рекламу мы сделали в октябре у блогера Алины, которая снимает обзоры заведений. Слава знал ее по работе с «Коктем». Она почувствовала наше настроение, подчеркнула сильные стороны и упомянула, что мы украинцы. Это была ее идея, она любит рисковать). Я переживала, как это воспримут в соцсетях, но нас очень поддержали, и казахстанцы, и украинцы, которых в Астане много.

А перед Новым годом киевский торт стал очень популярным. Мы отдавали его чуть ли не из печи: выпекали и сразу ставили в шокер, чтобы он хоть немного застыл. В день забирали по 50, иногда 60–70 тортов. Чеки клеили на полутораметровый металлический стеллаж, места не хватало. Один человек сидел и только считал, сколько киевских, штолленов и панеттоне нужно отдать в то время. Сейчас, по ощущениям, киевский дает до 80% наших продаж.

Штоллен и панеттоне: что гости приняли неожиданно

Ирина: На штоллен я ставок не делала, думала, его в Казахстане не поймут. А в Киеве на Новый год у нас в семье он обязателен. В итоге люди распробовали, многие знали его по поездкам в Европу. С панеттоне было сложнее: приходилось объяснять, почему такая цена «за кулич».

Вячеслав: Но в первый же год мы продали все панеттоне. В этом году я сам сварил цукаты для начинки. Купить готовые можно, но это дорого, и в том, чтобы сделать самому, есть своя магия. Сейчас расконсервировали закваску для пандоро. Если успеем, появится к Новому году, если нет, проработаем и попробуем в следующем. Мы сами не знаем, нужен ли этот продукт сейчас Астане, но у меня есть внутреннее желание попробовать. Так у нас и растет ассортимент.

Каких ингредиентов не хватает в Казахстане

Вячеслав: В основном не хватает итальянской муки для панеттоне. Ее мы покупаем летом сразу на год, на Рождество и Пасху, потому что потом ее может не быть вообще. Плюс формы для панеттоне, хорошая ваниль и экстракты. С маслом тоже бывают перебои, когда нужной марки нет на рынке, поэтому рука всегда должна быть на пульсе.

Ирина: Когда открывались, мы сами искали поставщиков. Сейчас, наоборот, они приходят к нам. Шоколад берем у ребят, которые напрямую работают с итальянским производителем, масло нам возят с завода.

Противень с маковыми булочками-плетенками в пекарне Stolitsa Bakery в Астане

Как мы считаем цены

Вячеслав: У нас все просто: аренда, оплата труда и продукт должны поместиться в «себестоимость × 3». Если себестоимость условно 800 тенге, умножаем на три. Если понимаем, что для гостя это дороговато, снижаем цену, чтобы человек мог хотя бы попробовать продукт. Дальше смотрим уже по ситуации.

Средний чек у нас около 2000 тенге: маковая булочка стоит 1000 тенге, американо — около 1000–1200. Кстати, гости из Алматы удивляются, что у нас недорого.

P&L отчет для ресторанного бизнеса

Начните работать с P&L, чтобы легко контролировать себестоимость, рентабельность и принимать взвешенные решения для вашего бизнеса.

P&L — 6 000 ₸/мес за первое заведение в аккаунте.

P&L отчет заведения в Poster с доходами, расходами и прибылью
P&L отчет заведения в Poster с доходами, расходами и прибылью

Команда и постоянные гости

Ирина: В будние дни на смене четыре человека, в выходные пять, плюс я. Обучение у каждого свое. Был период, когда мы не могли ни найти людей, ни обучить, и стояли сами. Сейчас есть заготовщик, который печет коржи и делает кремы, отдельный человек только на киевском, кондитер, а в выходные два кондитера.

Постоянных гостей у нас много. Кто-то заходит утром, отведя ребенка в садик. Кто-то звонит: «Оставьте мне четыре киевских». Есть гость, который каждый понедельник заказывает меренговый рулет. Мы работаем с сезонностью: слойка с малиной летом была хитом, сейчас малины нет, и мы ее убрали.

К кофе и покупкам мы часто кладем в подарок лимонное печенье, его давно знают. А мальчишки, которые играют в парке в футбол, забегают и просят печеньки) Так вокруг пекарни складывается свое локальное комьюнити.

Команда Stolitsa Bakery у рабочего стола на кухне пекарни в Астане

Маркетинг: реклама три раза в год и команда из Киева

Ирина: Таргет мы не ведем. Реклама у блогеров — примерно три раза в год, в остальном работает сарафанное радио. Instagram ведет моя сестра из Киева. Сначала она просто помогла в новогодний аврал, когда я не успевала и делать киевский, и отвечать гостям, а потом осталась в команде.

Как развивается рынок пекарен в Астане

Вячеслав: Рынок активно развивается. Шесть лет назад было сложно найти спешелти кофе в Астане, или хлеб на закваске. Сейчас появилось много хороших обжарщиков, мы, например, работаем с Акулий кофе. Думаю, будут все больше открываться и ремесленных пекарен в духе буланжери: это не масс-маркет, а история про крафт и предпринимателя, который разделяет этот подход. Например, как пекарни шеф-пекаря Paris-Brest в Актау, Атырау, Алматы, Астане.

Чего пока не хватает, так это сообщества. Хочется больше площадок, где можно было бы открыто делиться мнением и опытом: телеграм-каналы пекарей, мастер-классы для любителей, больше конференций, куда приходило бы пекарское сообщество. Классно, что вы в Poster запустили подкаст про ресторанный бизнес DÄM-TŪZ, это все надо.

Мне хотелось бы провести мастер-классы и делиться опытом, пока не хватает времени. Но все появится. Считаю, что нужно быть открытее и больше делиться опытом друг с другом: кто-то прочитает твою историю, вдохновится, и может что-то свое откроет.

Часто задаваемые вопросы

Запуск пекарни Stolitsa Bakery в Астане обошелся владельцам примерно в $90–100 тысяч. Около 70–80% бюджета ушло на оборудование, в первую очередь на печи. Остальные деньги потратили на продукты и аренду. По словам Вячеслава Исаева, выйти в ноль пекарне удалось примерно к ноябрю-декабрю.

Пекарня третьей волны работает по принципу кофеен третьей волны: внимание к качеству сырья, натуральные ингредиенты и открытый рассказ гостям о том, как делается продукт. В Stolitsa Bakery весь хлеб готовят на закваске и с долгой ферментацией, без маргарина и стабилизаторов. Гость может расспросить о рецепте прямо в пекарне или взять там закваску.

В Stolitsa Bakery цену считают по формуле «себестоимость × 3», и в эту сумму должны поместиться аренда, оплата труда и продукты. Если для гостя цена получается высокой, ее снижают, чтобы человек мог хотя бы попробовать продукт. Средний чек в пекарне около 2000 тенге, маковая булочка стоит 1000 тенге, американо около 1000–1200 тенге.

Владельцам пекарни в Астане чаще всего не хватает итальянской муки для панеттоне, поэтому ее закупают летом сразу на год. Сложно найти формы для панеттоне, хорошую ваниль и экстракты, а нужной марки масла иногда нет на рынке. Шоколад пекарня берет у партнеров, которые напрямую работают с итальянским производителем, масло привозят с завода.

Stolitsa Bakery не ведет таргет и заказывает рекламу у блогеров примерно три раза в год, остальное делает сарафанное радио. Постоянные гости заходят утром по пути из садика или заранее заказывают по телефону киевский торт и меренговый рулет. К кофе и покупкам в пекарне часто кладут в подарок лимонное печенье, и вокруг нее складывается локальное комьюнити.

Материалы по теме